Новости

24

ноя

24.11.2017

В Актобе открыли кафе, в котором бесплатно кормят студентов...

21

ноя

21.11.2017

Проведена встреча с представителями Казахстанско-Британског...

20

ноя

20.11.2017

Бесплатно ездить в общественном транспорте смогут школьники...

17

ноя

17.11.2017

Больше иностранных студентов хотят привлечь в Казахстан ...

Это интересно! Как провели студенческие годы казахстанские миллионеры


Какую специальность надо получить, чтобы стать состоятельным и влиятельным бизнесменом? Нужно ли ломать зубы о гранит науки, чтобы попасть в престижные рейтинги «богатейших и влиятельнейших»? Этими вопросами задалась наша редакция. Чтобы найти на них ответы, мы расспросили пятерых участников списков Forbes Kazakhstan, как они проводили время от сессии до сессии.

Валерий Джунусов: Руководил студенческими отрядами в Сибири


Фото: Из личного архива; Александр Куприенко
Валерий Джунусов.

Редкую для Казахстана специальность инженера-механика по судовым машинам и механизмамВалерий Джунусов, председатель совета группы компаний «Конденсат», выбрал под воздействием двух факторов. Во-первых, мужчины из его семьи традиционно шли работать на речной транспорт. «Не скажу, что семейные традиции все определили, я думал и о других вариантах. У меня были хорошие, даже блестящие успехи в математике. Но как-то мне старший брат сказал: «Лучше быть хорошим инженером, чем плохим ученым». Опять-таки не стану утверждать, что это была определяющая фраза, однако я над ней задумался, потому что не был уверен, что из меня получится хороший ученый, – рассказывает собеседник. – В итоге в 1967 году поступил в Ленинградский институт водного транспорта».


Этот институт, выражаясь современным языком, был самым крутым вузом Советского Союза, готовящим специалистов для морского и речного флота. Уровень его «крутизны» легко представить, если знать, что только на факультете, который выбрал Валерий, было 11 профессоров и докторов наук. Для сравнения: в то же время во всем Уральске, его родном городе, было три профессора. «Особенность инженерных вузов того времени состояла в том, что там не было гигантского конкурса, но было трудно учиться. Я имел преимущество при поступлении. Во-первых, окончил школу с золотой медалью, во-вторых, имел рекомендацию Сибирского отделения Академии наук», – рассказывает Джунусов, который вошел в этом году в рейтинг богатых Forbes Kazakhstan.

Джунусов помнит, что у его вуза («в отличие от современных») была капитальная материально-техническая база. «Была мощнейшая лаборатория, имевшая огромный набор судовых машин, механизмов, испытательных стендов, которые давали возможность рассчитывать архитектуру корабля, его характеристики, силовые и энергетические установки. Был экспериментальный опытный завод, что давало возможность, с одной стороны, проходить на нем практику, с другой – изготавливать любые конструкции и изделия, которые бы служили для обучения студентов. Наши учеба и практика позволяли после небольшой адаптации в два-три месяца по окончании стать полноценным инженером. Сейчас мы выпускников готовим несколько лет, чтобы из них хоть что-то толковое сделать», – с сожалением констатирует собеседник.

За годы учебы он смог сформироваться не только как инженер, но и как организатор. «Наш большой студенческий отряд – 150 человек – всегда ездил на работы в Сибирь, в город Усть-Кут, порт Осетрова. Девочки трудились приемосдатчицами, а часть мальчиков, в том числе и я, грузчиками. Разгрузить, например, тонну цемента вручную стоило 26 копеек. Вдвоем разгружали 62 тонны за четыре часа. Только благодаря этому зарабатывали, у мамы, у папы денег не просили, это уже было хорошо, – говорит бизнесмен. – Я ездил четыре года подряд с отрядом. Уже во вторую поездку был бригадиром, через год – комиссаром отряда, затем – командиром. Для меня это была огромная школа, ведь руководить 150 студентами в Сибири, в городе, вокруг которого девять лагерей, – это, поверьте, огромная ответственность».

Сам Ленинград оставил в памяти неизгладимый след. «Мне приходилось ездить через Москву, и я всегда был в ужасе от этого города, а Ленинград производил впечатление культурой столицы, он тогда не был «бандитским Петербургом». Посещение театров, музеев – это незабываемо. В Ленинграде было интересно и весело жить, там было много домов культуры, где на танцах молодые люди могли познакомиться с девушками, с которыми потом дружили, на которых женились», – вспоминает глава «Конденсата». Сам Валерий обрел в вузе двух лучших друзей. Обоих уже нет в живых, но Джунусов продолжает поддерживать контакты с их семьями, которые живут в Санкт-Петербурге.

«После вуза я мог выбрать любое место работы, потому что у меня был балл 5,0. Я выбрал Кронштадт, который находился в черте Ленинграда, что давало мне, иногороднему, ленинградскую прописку. Вы наверняка понимаете, что это означало в советское время. Однако после армии в силу обстоятельств – из-за болезни отца – вернулся в Уральск. В итоге у меня получилась казахстанская версия жизни», – говорит предприниматель.
Останься Валерий в Кронштадте, наверняка его бизнес-биография сложилась бы не менее удачно, ведь в вузе он получил фундаментальное образование и организаторские навыки. «Для меня эти знания ценны до сих пор», – признается собеседник.

Арманжан Байтасов: Выпускал самиздатовский журнал «Свобода слова»


Фото: из личного архива; Андрей Лунин
Арманжан Байтасов.

Ученику средних классов школы №60 города Алма-Аты Арманжану Байтасову нравилось делать стенгазеты. «Не знаю почему, но именно это подтолкнуло меня к поступлению на факультет журналистики КазГУ, – объясняет выбор вуза предприниматель, входящий в топ-50 самых богатых бизнесменов страны. – Когда в 8-м классе объявил о своем решении родителям, они удивились, но поддержали меня: стали узнавать, как поступить на журфак».

Оказалось, от абитуриента, который хотел получить творческую профессию, требовалось больше усилий, чем от других: нужно было иметь публикации. «Поэтому еще со школы я сотрудничал с редакциями газет «Огни Алатау», «Вечерняя Алма-Ата», на Казахском радио проходил практику уЛарисы Коковинец (ныне директор департамента общественных связей Казкоммерцбанка. –F), познакомился с Игорем Денисовым, Андреем Зубовым и Евгением Бычковым (все – известные казахстанские журналисты. – F), работал на студии «Позитив». Несказанно был рад, когда приходили гонорары – их присылали в конвертах и оставляли прямо в почтовом ящике», – рассказывает глава медийных, телекоммуникационных и девелоперских компаний.

Работа «по всем фронтам» – в газетах, на радио и телевидении – помогла Арманжану понять: он хочет заниматься тележурналистикой. «С легендарным Маратом Барманкуловым (был заведующим кафедрой теле- и радиожурналистики КазГУ, деканом факультета. – F) я познакомился до поступления в вуз. Был апрель, я пришел на журфак, – восстанавливает в памяти события 1987 года собеседник. – Несмотря на то, что Марат Карибаевич был профессором, а я лишь каким-то юношей, он не отверг меня, поговорил, укрепил в желании. И я окончательно принял решение, что пойду на кафедру радио и телевидения».

Сдав экзамены на пятерки и предоставив ворох публикаций, Байтасов стал студентом журфака. Однако учеба началась не с острых репортажей, а с эпически длинной сельхозки, которая продлилась с конца августа до начала ноября. «Там были и вчерашние абитуриенты, и студенты старших курсов. Я сразу же познакомился практически со всем факультетом. Сельхозка нас сплотила», – рассказывает бизнесмен.

Вместе со своим однокурсником Федором Курепиным (известный журналист, ведущий «Хабара», позднее уехавший в Канаду. – F) Арманжан издавал журнал. «Родители подарили мне печатную машинку чешского производства. Это было невероятное счастье. Я приносил ее на журфак, мы печатали на ней и получали от этого удовольствие, как от игры на фортепиано. Потом нам пришла идея сделать самиздатовский журнал. Само собой, назвали его «Свобода слова», указали, что он является печатным органом студенческого совета, девизом поставили слова «Студенты всех стран, объединяйтесь», то есть скопировали «правдинские» атрибуты. Журнал выходил в шести экземплярах, потому что под копирку можно было пропечатать только три страницы, а нас хватало лишь на то, чтобы два раза перепечатывать 70 страниц», – с улыбкой вспоминает Байтасов.

«Свобода слова» выдержала только три издания: студентам запретили заниматься «антисоветчиной». Хотя, считает Арманжан, там не было ничего крамольного: они перепечатывали стихи и прозу из российских самиздатовских книжек и журналов, писали собственные передовицы.

Параллельно с учебой будущий владелец СМИ работал внештатником на Казахском телевидении и радио, например, с известным ведущим Нурбергеном Махамбетовым запустил радиопрограмму о популярной музыке. В 1989 он был уже в штате КазТВ. Тогда же ему повезло стать частью команды, которая работала над организацией фестиваля «Алтын Алма», в рамках которого прошел первый концерт «Азия Дауысы». «Мурат Иргалиев и Александр Понамарев, основатели фестиваля, набирали студентов, которые были бы «пехотой» проекта. Я попал в их число, писал тексты для ведущих. Во время мероприятия Иргалиев сидел за пультом и говорил мне по рации: «Сейчас будет выходить Понаровская, в текст ведущего, который будет представлять ее, нужно внести исправления». Я, сидя за сценой на стульчике, переписывал тексты. Благо у нас были хорошие ведущие, которые схватывали все на лету», – вспоминает о самом ярком проекте студенческих лет Байтасов.
Еще два значимых события того времени – свадьба с однокурсницей Дилярой и рождение первенца. «Бизнесом я занялся с 1989, тогда это было модно. С друзьями открыли МЧП (малое частное предприятие), занимались обычной куплей-продажей вентиляторов, компьютеров, сахара и прочего. А в 1991, когда у меня появилась семья, я понял, что нужно зарабатывать больше. Увидел, что появился такой бизнес, как реклама, и открыл рекламное агентство «Тенгри». Оно продавало площади в популярных газетах «Ленинская смена» и «Огни Алатау». Так как я знал и ту и другую стороны – бизнесменов и журналистов, то дело пошло», – рассказывает о стыковке медиа и бизнеса в своей жизни Арманжан.

Жомарт Ертаев: Баллотировался в депутаты маслихата


Фото: из личного архива; Андрей Лунин
Жомарт Ертаев.

В семье Ертаевых, где папа и мама были преподавателями, царил культ знаний. «В нас с братом буквально «вбивали» знания, мы постоянно читали книги, занимались с репетиторами, – вспоминает Жомарт Ертаев, консультант совета директоров RBK Bank, гендиректор «Алма ТВ» и один из самых влиятельных бизнесменов Казахстана. – У меня лично нет культа диплома. На мой взгляд, образование должно давать человеку несколько вещей: умение работать с большим массивом данных, систематизировать знания, критически смотреть на окружающее».

Подростком Жомарт проявлял склонность к точным наукам, но после 17-летия любовь к алгебре и геометрии как отрезало, зато появилось увлечение литературой и историей. Однако это не повлияло на выбор вуза. На самом деле перед выпускником школы стоял вопрос не «куда пойти?», а «как не пойти?» – в армию. «У меня не было тяги маршировать в кирзовых сапогах по плацу, – смеется собеседник Forbes Kazakhstan. – Был разговор с мамой, что выбрать – нархоз или ААСИ(Алматинский архитектурно-строительный институт. – F). Она определила мой выбор: «Балам, народное хозяйство не вечно, а строительство вечно». Я до сих пор поражаюсь проницательности тех ее слов».

В 1989 на вступительных экзаменах абитуриент набрал максимальное количество баллов, что давало возможность учиться в одном из московских вузов. «Но я смалодушничал, – признается Ертаев, – решил остаться. Наверное, если бы уехал, у меня была бы более яркая студенческая жизнь, жил бы в общаге... Но я не жалею о том выборе: мне нравится, как все в итоге сложилось».

Когда будущий предприниматель учился на втором курсе, советская экономика рухнула, разлетевшись на миллионы «комков». В одном из таких коммерческих магазинов и пришлось работать студенту, выбравшему специальность инженера-экономиста. «У нас была проблема не в том, что носить, а в том, что поесть. Мама, профессор физики, мыла по ночам полы в институте, я работал ночным продавцом, чтобы заработать», – вспоминает глава «Алма-ТВ».

В юности он понимал, что у него может быть или научная, или партийная карьера. Но после коллапса в начале 1990-х обе сюжетные линии оборвались: партия и наука фактически исчезли. Правда, партийную линию студент попытался «переписать» на новый лад. Он баллотировался в депутаты гормаслихата. Предвыборная агитация, корочка кандидата – это было круто, как в видеофильмах, которые тогда смотрела молодежь. Однако молодой претендент не прошел в маслихат. «Я узнал об этом 7 марта, очень переживал, – признается он. – Мы с товарищемАндреем Банщиковым взяли пиво и чуть более крепкие напитки. Через два-три бокала уже забыли, по какому поводу собрались, а в 12 часов ночи кому-то из нас пришла гениальная идея – поздравить Свету Гаранину, нашу бывшую одноклассницу, с 8 Марта. Мы вышли на Коммуну(Коммунистический проспект, ныне проспект Абылай хана в Алматы. – F), и нас подобрала единственная машина – патрульная. Оказались в РОВД. Так я впервые столкнулся с правоохранительной системой».

А жизнь в это время писала свой сценарий. Однажды студент Ертаев дремал за прилавком: покупателей не было. И вдруг с улицы, подсвечиваемый солнцем, которое пробивалось в полуподвальное помещение «комка», зашел мужчина. Все атрибуты – длинные волосы, кожаная куртка – выдавали в нем успешного предпринимателя. «Это был мой одноклассник, с которым мы вместе поступили в ААСИ. Но он ушел после первого курса, потому что стал торговать на бирже, у него фантастически по тем временам поперло. Купил у меня сумасшедшее количество продуктов и напитков. Я посеменил за ним, неся пакеты. Смотрю - а у него мерс! У нас тогда даже жигулей не было. Он открывает багажник и спрашивает: «А если я открою магазин, будешь там директором?» Я не знаю, с чем можно сравнить это предложение: наверное, это то же самое, если бы мне предложили полететь в космос. Cогласился. Он протянул визитку. Она была - как сейчас золотые кредитки», – пересказывает с иронией тот «кинематографический момент» Ертаев.

Через полгода бывшие одноклассники открыли магазин, в котором Жомарту принадлежала половина и где он стал гендиректором. Позже занялись куплей-продажей всего подряд, а потом их бизнес отобрали бандиты. От него у студента ААСИ остались только кожаная куртка, водолазки и пиджаки модных цветов – горчичного и зеленого. «Я отправился на собеседование в один из банков. Уже начал рисовать в воображении яркие картины своего будущего – заграничные командировки, Wall Street, и тут у меня спрашивают: «Английский знаете?» Я отвечаю: «Окончил 120-ю школу, но английского не знаю, потому что не в спецклассе учился». «Тогда вы не прошли». Все замки, которые я мысленно воздвиг, рухнули. Интересуюсь: «И на какую позицию я не прошел?» – «Кассира в обменный пункт».

Через несколько месяцев он стал начальником управления в другой структуре – Альфа-банке, в 23 года уже был председателем правления. А ведь если бы студента Ертаева взяли кассиром в обменный пункт, история сложилась бы по-другому. «Я бы не нервировал банковский рынок, сидел бы тихо начальником кассового отдела», – смеется собеседник.

Нурлан Смагулов: Ходил в ихтиологические экспедиции


Фото: из личного архива; Андрей Лунин
Нурлан Смагулов.

Любовь Нурлана Смагулова к урокам литературы и математики никак не повлияла на выбор вуза. «Мои пристрастия к этим предметам объяснялись не тем, что они были нужны, а тем, что их преподавали были увлеченными своим делом людьми, – начинает рассказ о годах учебы основатель и руководитель Astana Group. – Вопрос, куда поступать после школы, решила ситуация. Это был застойный 1982-й. Под давлением конъюнктурных факторов (в том обществе считалось: чтобы сделать карьеру, нужно учиться в Москве на металлурга) я оказался в Московском институте стали и сплавов на физико-химическом факультете процессов металлургии. Это был стратегический институт, который готовил элиту, и его окончили многие члены Политбюро, в том числе братья Кунаевы. Я проучился там меньше года, понял, что это не мое, и вернулся в Алма-Ату».

После Москвы у Нурлана сохранилась любовь к театрам, музеям, классической музыке, которая не прошла до сих пор. «Все летние каникулы проработал дорожным рабочим: долбил асфальт. Но ведь надо было все-таки получить высшее образование, и я поступил на биологический факультет КазГУ. Во-первых, потому что это было совсем противоположным металлургии, во-вторых, поскольку там учился сосед. С ним я ездил в экспедицию. Там все сидели у костра, пели песни под гитару - романтика! – объясняет свой выбор бизнесмен. – Через год после поступления пришлось уйти в армию на два года. Потом вернулся в вуз, после окончания третьего курса уехал на практику на Дальний Восток и затем ездил туда каждый год до получения диплома».
Зачем студенту многомесячные поездки на Сахалин, Курильские острова, Камчатку? «Все, что мне светило здесь, – это прудовые хозяйства в Чилике. А Дальний Восток – это странствия, острова, Тихий океан, – с ностальгией вспоминает глава Astana Group. – На Камчатке мы изучали, как идет нерест красной рыбы, контролировали ее естественное нерестилище. Я работал на большом рыболовецком траулере, на плавзаводе – огромном судне, которое готовило полуфабрикаты из рыбы, занимался морскими огородами, был рыбаком и даже работал с заключенными».

Там же, на Дальнем Востоке, проявились предпринимательские задатки. «Мы как студенты-биологи взяли на себя обслуживание хозяйственных договоров по ловле камчатского краба, за это получали большие по тем временам деньги. Я не только покрывал все свои расходы на поездку, но еще и хорошо зарабатывал», – улыбается собеседник, поправляя галстук-бабочку.

В вузе Смагулов, входящий сегодня в список 50 самых богатых бизнесменов Forbes Kazakhstan, обрел главное – веру в себя, умение доводить начатое до конца, видеть причинно-следственные связи, анализировать явления с разных сторон. За это он благодарен своему другу и наставникуВиктору Карпову (погиб в одной из экспедиций), под руководством которого писал дипломную работу «Многофакторный анализ молоди рыб Капчагайского водохранилища». В течение трех лет Смагулов и Карпов наблюдали соленость, кислотность, питание, течение, температуру воды и т. д. После полевых работ он сидел в лаборатории, изучал, почему одна генерация промыслового стада стала успешной, а другая нет.

«Конечно, друзья-однокурсники смеялись надо мной, когда видели, как я всю зиму меряю хвосты рыбам, вскрываю им желудки, считаю по чешуе возраст, а потом составляю какие-то таблицы. Все это выглядело однообразно, и, честно говоря, мне с моим характером самому было тяжело. Но Виктор всегда говорил: «Чтобы добиться успеха, исследователь должен вести кропотливую работу, пройти вот такой рутинный путь. Иначе не будет хорошего фактического материала, чтобы сделать правильные выводы». Именно тогда Карпов научил меня работать: не упуская мелочей, составлять картину явления и делать из нее правильные выводы. Под его руководством я написал очень хорошую дипломную (к слову, на ее основании потом выходили публикации). Я очень горжусь этой работой, она создала мой первый личностный успех», – подчеркивает миллионер.

На биологическом факультете он приобрел товарищей, с которыми дружит до сих пор. «Некоторые школьные и студенческие друзья работают в моей компании, – говорит Смагулов. – Очень важно поддерживать отношения с теми, кто помнит тебя в юности, когда у тебя ничего не было, когда ты жил в обычной «полуторке». Эти отношения заставляют экзаменовать себя, каким ты стал. Ведь можно оторваться от земли, все забыть – а с ними не забываешь».

Анатолий Побияхо: Мечтал стать разведчиком


Фото: из личного архива; Иван Беседин
Анатолий Побияхо.

Бывший ученик алма-атинской школы №25 имени Дзержинского Анатолий Побияхо, вошедший в этом году в список 50 богатейших людей Forbes Kazakhstan, в подростковом возрасте мечтал стать разведчиком. В те годы на него сильное впечатление произвел фильм «ТАСС уполномочен заявить». «После этого мне очень захотелось работать за границей, где сильные духом, богатые интеллектуально люди выполняли свою работу для своей страны. Тогда, в советское время, впечатляло и то, что жили они в насыщенной культурной среде, располагая немыслимыми для нас по тем временам благами», – признается основатель и председатель совета директоров Line Group.

Чтобы поступить в Высшую школу КГБ СССР, выпускники которой могли прикоснуться к «прекрасному далеко», Анатолию нужно было сначала окончить Алма-Атинское погранучилище. «Я поступил туда по направлению Комитета госбезопасности. Еще в 9-м классе сотрудники этого ведомства проводили со мной собеседования: видимо, определяли тип личности и IQ, – вспоминает собеседник, утверждая, что его папа, работавший на высокой прокурорской должности, в вопросе поступления никак не помогал. – В погранучилище невозможно было попасть по протекции. Таких учебных заведений было лишь два на весь Союз, конкурс – 20 человек на место. Туда приезжали люди со всей страны, из 84 человек, которые состояли в нашей роте, только шесть были из Казахстана».

Однако мечта попасть разведчиком за границу провалилась: по состоянию здоровья курсант Побияхо вынужден был покинуть училище и перевестись на юридический факультет КазГУ. Зато там Анатолий встретил свою будущую супругу Елену, которая училась на журфаке.

Особенно врезалось в память Анатолия Побияхо начало 1990-х: «Я запомнил 1991-й, когда стал рушиться Советский Союз, помню путч: все взрослые были растеряны и даже напуганы. А у меня было чувство, что появляется что-то новое, большое и светлое». Так и получилось – для многих открылись окна возможностей». 20-летний студент юрфака не преминул воспользоваться этими возможностями. «У нас была обычная советская семья, никаких излишеств. Мне же хотелось достатка, который позволил бы не только красиво одеваться, но и расширить кругозор, общаться с интересными людьми, бывать в разных странах. Поэтому на втором курсе я стал работать в коммерческом магазине, а на третьем открыл свою компанию и с тех пор ни разу не работал по найму», – не без гордости говорит глава Line Group.

Первая компания, созданная студентами юрфака КазГУ, оказывала предпринимателям юридические услуги. «Но через две недели после начала работы я подумал: «Зачем мы будем кому-то что-то делать, получая за это крохи? Ведь мы можем зарабатывать деньги сами, пусть даже занимаясь на первых порах куплей-продажей». И в 1992 мы открыли фирму Line», – рассказывает Побияхо.

Первый контракт фирма заключила в 1993 с бельгийцами, занимавшимися осветительными приборами. У Анатолия это был первый деловой опыт с иностранной компанией. – так мечта прикоснуться к другому образу жизни начала сбываться. «Можно было не только потрогать руками новые товары, выгодно их продать, но и выстроить логистику, продумать и реализовать стратегию развития, организовать производство, создать новые сферы деятельности и сотни новых рабочих мест», – говорит собеседник.

Line работает до сих пор, став основой Line Group, который реализует девелоперские проекты, владеет сетью ресторанов, импортирует элитный алкоголь, выпускает пиво, имеет сети по продаже электроосветительного оборудования, элитной сантехники и дизайнерской мебели.

«Если бы образование у меня было лучше, как у некоторых друзей, например, Нуржана Субханбердина или Ораза Жандосова, которые окончили ведущие московские вузы, то я, наверное, добился бы большего успеха в бизнесе, – не без некоторого сожаления рассуждает миллионер. – Все-таки воспитание и образование – это базовые вещи, которые влияют на всю жизнь человека».

Видимо, поэтому Анатолий так гордится своим 17-летним сыном Артемом, которому может дать «лучшее в мире образование». «Артем в этом году окончил в Лос-Анджелесе французский лицей с отличными результатами, разослал заявления в 19 вузов США, и в 15 его приняли. Он выбрал один из лучших – USC (Университет Южной Калифорнии. – F). Я благодарен его матери, которая вложила немало своих сил и энергии в успех сына. Кстати, вы спрашивали, какое событие из студенческой жизни мне запомнилось больше всего. Вот рождение сына и было самым ярким событием», – заканчивает разговор Побияхо.

Об авторе


Татьяна Трубачева
главный редактор Forbes Woman и Forbes Life



Возврат к списку


 
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
   

  


Яндекс.Метрика